Утром 6 октября биржевые цены на газ в Европе достигли исторического максимума, превысив невероятную цифру в $ 1900 за тысячу кубометров. Чуть позже цена «отскочила» до $ 1100, но до сих пор остается на уровне, который в начале прошлого года еще трудно было себе представить. В Европе фактом очень обеспокоены: страны региона уже этой зимой могут столкнуться с физическим дефицитом газа. А в Германии по телевидению даже начали показывать ролики на случай отключения воды и тепла. Мы разобрались, какие реальные опасности несет в себе такой рост цен и скажется ли он на Беларуси (спойлер: если и скажется, то, скорее, позитивно).
Чем реально грозит подорожание газа для жителей Европы?
— Цены на газ в Европе преимущественно формируются, исходя из спотовых (то есть, биржевых), цен, — пояснила блогу «Отражение» эксперт по вопросам топливно-энергетического комплекса Татьяна Маненок. — Но есть и страны, которые получают газ преимущественно по долгосрочным контрактам — например, Германия. Дело в том, что когда на европейском рынке появилась альтернатива российскому газу (в частности, в виде сжиженного), местные компании были категорически против долгосрочных контрактов. Им было выгоднее покупать по спотовым ценам, контракты по которым обычно заключаются на короткий срок (например, на 10 дней или месяц). «Газпром» этому сопротивлялся, но в итоге даже был вынужден открыть собственную электронную торговую площадку. Сейчас, когда цены подскочили до рекордного уровня, «Газпром», конечно, получит дополнительную прибыль, но она не будет равна росту цены на газ на бирже. Все-таки, заметная часть поставок в Европу все еще проходит по долгосрочным контрактам.
На фоне нынешнего кризиса многие страны захотели вернуться к «длинным» контрактам. На днях, например, долгосрочный контракт с «Газпромом» подписала Венгрия, о готовности покупать газ таким образом заявляет и ряд других стран.
По мнению эксперта, ситуация с ценами на газ однозначно скажется на кошельках жителей стран Западной Европы.
— В Европе все-таки в большой степени рыночное ценообразование, поэтому, естественно, за все платит потребитель, — утверждает Татьяна Маненок. — Говорят, что стоимость электричества уже существенно выросла, людям рассказывают, как оклеивать окна, что делать в случае отключения отопления. Понятно, что это работа на упреждение, да и в Европе люди в целом относятся к экономии тепла и электроэнергии очень ответственно. Но однозначно можно сказать, что это повышение цены прежде всего будет оплачивать конечный потребитель. Какие-то существенные возможности для сдерживания тарифов в условиях рынка трудно себе представить. Хорошая новость в том, что даже российские чиновники, говоря о долгосрочной перспективе, убеждены, что теперешняя проблема — временная, и что в любом случае рынок эту цену отрегулирует.
Возможен ли на самом деле серьезный дефицит газа, которого так опасаются в Европе? Татьяна Маненок считает, что при определенном стечении обстоятельств — да. На это могут повлиять дальнейший рост потребности в этом топливе на внутренних рынках стран-поставщиков (той же России или, в случае со сжиженным газом, — США), продолжение падения добычи в самой Европе, перераспределение поставок сжиженного газа в пользу стран азиатско-тихоокеанского региона (там премия за поставки выше относительно европейского рынка) и усиление влияния других факторов, приведших к росту цены (об этом ниже).
— Очень многое будет зависеть от того, насколько холодной будет зима в Европе, — отмечает эксперт. — Сейчас можно сказать одно — эта история с ростом цен на газ однозначно будет подталкивать страны Европы к переходу на альтернативные виды энергии, получению доступа как к долгосрочным, так и краткосрочным контактам, диверсификации поставщиков. Ситуация однозначно беспрецедентная, ведь такого развития событий раньше никто не ожидал.
А как это скажется на Беларуси?
— Покупка газа Беларусью кардинально отличается от того, как это происходит со странами Европы, — поясняет Татьяна Маненок. — Для нашей страны цена договорная — то есть, как власти договорятся с Россией, столько мы и платим (в 2021 году это $ 128,5 за тысячу кубометров, — Прим.Zerkalo.io). И в целом эта цена формируется, скажем так, на особых, преференциальных, условиях. Конечная стоимость для Беларуси — самая низкая на территории СНГ. По этой цене заключаются долгосрочные контракты — сейчас на год. В этом есть свои минусы. Например, в прошлом году из-за ковидной ситуации Россия поставляла газ в Европу ниже себестоимости (и, соответственно, даже дешевле, чем в Беларусь — Прим. Zerkalo.io). Но сейчас это преимущество — оснований для повышения цены для конечного потребителя попросту нет, потому что цена остается стабильной.
Даже если бы угроза роста цены на газ для Беларуси была реальной, это не сказалось бы на жителях страны так серьезно, потому что государство использует различные инструменты снижения цен для населения — в частности, за счет пресловутого перекрестного субсидирования, с которым власти уже долгое время пытаются бороться. Цена на энергию для предприятий у нас гораздо выше, чем для домохозяйств — за счет этого производства, фактически, покрывают серьезную часть ее стоимости для населения.
— Тепличные условия поставок газа из России — это как наркотик, который обеспечивает нашу привязку к восточному соседу, — говорит Татьяна Маненок. — Но вот во время таких краткосрочных изменений — это и страховка от проблем, и козырь для повышения конкурентоспособности продукции наших предприятий, поскольку цена на энергию — это существенная составляющая в себестоимости производства продукции. Так что рост цены на газ можно назвать повышением экспортных возможностей для Беларуси.
Почему цены на газ вообще так сильно выросли?
Говоря о причинах роста цен на газ в Европе, эксперты издания РБК выделяют целый ряд факторов. Выше мы уже рассказывали о некоторых из них: отказе многих стран Европы от долгосрочных контактов, перераспределении поставок сжиженного газа, падении добычи газа в самой Европе. Но есть и ряд других.
Ключевой — холодная зима и жаркое лето этого года. Из-за этого в странах Европы увеличилось энергопотребление (летом — из-за кондиционирования), что в свою очередь привело к снижению запасов газа в хранилищах. Их остатки оказались на десятилетнем минимуме — 75% против 94% в прошлом году. Попытка их оперативно заполнить перед зимой и сказалась на росте цен.
Еще один фактор — восстановление экономики после пандемии. Многие производства возвращаются к полноценной работе, и их потребности растут. При этом ставка многих стран на альтернативные источники энергии пока попросту не сработала.
Еще одна потенциальная причина кроется в политике. Группа депутатов Европарламента обвинила в росте цен «Газпром». По их мнению, российская компания может использовать высокие цены, чтобы получить разрешение на запуск только что достроенного трубопровода «Северный поток-2» до одобрения регулирующих органов Германии и ЕС, и для этого специально ограничивает экспорт энергоносителей. Соглашается с этой версией и Татьяна Маненок.
— Я склонна верить тому, что «Газпром» намеренно не увеличивал объемы поставок газа, чтобы продемонстрировать Европе ее уязвимость и ускорить таким образом сертификацию «Северного потока-2», — отмечает эксперт.