Чиновники продолжают продвигать идею строительства второй АЭС или третьего энергоблока. Ранее Лукашенко озвучивал идею о том, откуда взять деньги на новую станцию, — предложил использовать остатки кредита, который Москва дала на первую (на БелАЭС потратили 5,36 млрд долларов российского кредита из предполагаемых десяти). Но целесообразность появления второй АЭС в Беларуси вызывает вопросы. Объясняем, почему так.
В Беларуси уже сейчас есть перепроизводство электроэнергии
Вся электроэнергия, производимая в Беларуси, потребляется внутри страны. Но так получилось, что производится ее больше, чем потребляется, говорит специалист департамента энергетической безопасности iSANS Евгений Макарчук. Он говорит, что изначально планировалось, что блоки БелАЭС будут мощностью не 1200 МВт, а меньше. Но их сделали именно такими, а потребление в итоге не выросло так, как показывали прежние расчеты. Когда в конце нулевых планировали строить АЭС, электропотребление росло довольно быстро. Но после 2011-го оно замедлилось вместе с меньшим ростом экономики. Если сначала прогнозировалось, что в 2020 году электропотребление будет около 47 млрд кВт∙ч, то сегодня оно составляет около 40 млрд кВт∙ч. Планы достичь показателя в 47 млрд кВт∙ч перенесли на 2030 год.
Например, у чиновников были большие планы по использованию электроэнергии для отопления частных домов. Для этого даже ввели специальный тариф. Но на практике все оказалось не так просто. В некоторых населенных пунктах дома невозможно перевести на электроотопление. Причина — не хватает мощностей электросистемы. На эту проблему обращал внимание в том числе Александр Лукашенко.
— Система электроэнергетики отличается от любого другого сектора тем, что производство электроэнергии в любой момент равно ее потреблению. То есть нет возможности ее накопить, как это делают, например, промышленные предприятия. Поэтому нужно, чтобы был постоянный баланс. У нас из-за запуска АЭС и большого количества ТЭЦ есть периоды, когда электроэнергии производится больше, чем потребляется.
В результате сейчас в Беларуси есть перепроизводство электроэнергии (по оценкам эксперта, оно составляет около 5% от потребления), и ее используют для отопления и подогрева воды для населения. Для этого была запланирована установка 1185 МВт электрокотлов, говорит эксперт.
— На котельных, где стоят газовые котлы, дополнительно поставили электрокотлы. И если есть перепроизводство электроэнергии, то происходит сокращение потребления газа на газовых котлах, а вместо них включают электрокотлы, — объясняет Евгений Макарчук, как работает такая система. — То есть на АЭС мы тепло (пар) переводим в электроэнергию, а потом в других местах она снова превращается в тепло.
При нынешнем потреблении в случае строительства второй АЭС такой же мощности около 75% электроэнергии, которую на ней произведут, будет лишней. «Это значит, что АЭС будет работать практически только для того, чтобы произведенную электрическую энергию использовать на электрокотлах для производства тепловой энергии», — отмечал ранее эксперт.
Экспортировать излишки некуда
— Я не помню, чтобы АЭС строилась с надеждой продавать электроэнергию на экспорт: в исследованиях Академии наук, связанных с энергетической безопасностью, всегда говорилось, что мы должны работать в режиме изолированной системы. Экспорт рассматривался как дополнительная возможность, — говорит Евгений Макарчук.
Но как следует из многочисленных заявлений чиновников, у них была определенная надежда на экспорт электроэнергии. Среди потенциальных покупателей рассматривались соседние страны Балтии и Украина. Но сейчас такая возможность фактически исчезла. Во-первых, еще до запуска первого энергоблока эти государства признали БелАЭС угрозой национальной безопасности и отказались от приобретения беларусской электроэнергии.
Во-вторых, планируется, что в 2025 году страны Балтии отключатся от энергокольца БРЭЛЛ, в которое сейчас входят Беларусь, Россия, Эстония, Латвия, Литва. Это связано с их подключением к европейской энергетической системе, которая определенными характеристиками отличается от нашей. Украина уже сделала это в 2022 году и присоединилась к европейской энергосистеме (синхронная сеть континентальной Европы), напоминает эксперт.
— Это можно сравнить с колеей на железной дороге. Внутри нашей системы нет никаких преград на переток электроэнергии. Европа работает в своей системе, где между странами тоже нет преград. Страны, переходящие на интеграцию с ЕС, можно сказать, переходят на новые правила — условно говоря, меняют ширину своей колеи.
В прошлом году в Москве заявляли, что с 2024 года у Беларуси появится возможность экспортировать электроэнергию в Россию. Однако пока этого не происходит. В России себестоимость электроэнергии ниже, поэтому ей нет смысла покупать более дорогую беларусскую. К тому же там рынок электроэнергетики профицитный, то есть они вообще не нуждаются в дополнительной электроэнергии. В рамках создания единого энергетического рынка Москва может решить приобретать электроэнергию в Беларуси, но вряд ли можно говорить о больших объемах.
Маловероятно, что однажды Украина или страны Балтии вернутся к системе, в которой работает Беларусь. Это значит, что наша страна даже просто по техническим причинам не сможет просто так продавать туда электроэнергию. Но, как поясняет эксперт, существуют механизмы, позволяющие торговать, только для этого, помимо желания двух сторон, нужны инвестиции в соответствующие установки по перетоку электроэнергии, которые называются вставками постоянного тока.
— Либо есть вариант, что Беларусь начинает двигаться в сторону Евросоюза и просто переходит на эти правила. Тогда мы сможем торговать электроэнергией со всеми нашими соседями, кроме России, — считает Евгений Макарчук.
Электроэнергия с АЭС получается дорогой
— АЭС производит более дорогую электроэнергию, чем газовые блоки, — говорит энергетик. — Соответственно, кто-то сейчас нам предлагает построить еще одну дорогую станцию, которой даже нет места в энергосистеме.
Опираясь на прежние исследования, энергетик пришел к выводу, что себестоимость электроэнергии, произведенной на АЭС, составляет 6−6,3 цента за кВт∙ч. В 2023 году тарифы на электроэнергию составляли девять центов за кВт∙ч. С учетом снижения цены на природный газ до 128,5 доллара за кубометр вероятно, что себестоимость генерации в энергосистеме была 3,8 цента, продолжает расчеты эксперт в более ранней статье на isans.org. «Производство электроэнергии по шесть центов за киловатт-час, в то время как на других станциях можно производить по 3,8, — это и есть «очень-очень выгодно», — иронизирует Евгений Макарчук.
— Мы видим, что сегодняшняя АЭС не окупается. Соответственно, она сама выплачивать кредит [который брали на ее строительство] не сможет. Значит, и вторая не сможет. Поэтому опять же нет смысла ее строить, — говорит эксперт.
Есть ли аргументы за строительство?
Эксперт видит только одну причину для строительства еще одной АЭС: кто-то хочет заработать на самом строительстве. Потому что другие размышления ведут к тому, что она Беларуси не нужна.
— С точки зрения энергетика никаких оснований строить еще одну АЭС в Беларуси я не вижу. Вероятно, работать она будет еще хуже первой, так как будет большое перепроизводство электроэнергии. Само электричество даже с первой станции выглядит дороже, чем из газа. Можно придумать, что это сократит выбросы парниковых газов, но это будет очень дорогое сокращение, — говорит Евгений Макарчук.
Читайте также
Поблагодарить за статью