Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларус вернулся на родину заменить паспорт, но попал в колонию. Его имущество продали на торгах
  2. Этот географ не «пропил глобус», а написал один из главных бестселлеров беларусской литературы. Вот его история — в пяти пунктах
  3. «Граница Республики Беларусь довела меня до нервного срыва». Российская блогерка сравнила прохождение границы с восхождением на Эверест
  4. «В Филадельфии мы пережили настоящий ад». Беларус съездил на футбольный ЧМ, потратив 20 тысяч долларов, — вот его впечатления
  5. Почему Лукашенко зовет узбеков, но не пытается вернуть уехавших беларусов? Мнение аналитика
  6. Группу рабочих из Узбекистана, которые приехали в Беларусь, возмутило жилье, что им предложили. Им дали новое — вот какое
  7. 60 лет одиночества. Сборная Англии снова не выиграет футбольный ЧМ — рассказываем, как британцы безвольно уступили в полуфинале
  8. Синоптики предупредили об опасности в пятницу и рассказали о погоде в выходные
  9. Среди семи охранников Соболенко был легендарный беларусский секьюрити. Это он отодвигал детей, которые тянулись к спортсменке
  10. «Иначе всем будет плохо». Силовики вызвали знакомых беларуски на допрос и «передали привет» на ее день рождения
  11. «Вас заметят». Налоговики пригрозили «административкой» тем, у кого есть недвижимость, — и показали на примере, какие неприятности грозят
  12. На субботу выписали штормовое предупреждение. Обещают грозы, ливни и сильный ветер
  13. Ключевой переговорщик США с Лукашенко покидает свой пост. «Зеркалу» стали известны подробности
  14. «Жить там можно только от безысходности». Беларусы разошлись во мнениях об одном из самых спорных районов Минска
  15. Еще один банк сообщил о проблемах, которые затрагивают клиентов с техникой Apple
  16. «За нами даже закрепили такси». Что рассказывают работники из Узбекистана, приехавшие в Беларусь (недовольны далеко не все)
  17. У беларусов стало на одну безвизовую страну больше
  18. Мужчина, напавший на беларусскую спортсменку Александру Герасименю, арестован на три месяца
  19. «Будем искоренять до конца». Депутат высказался о закрытии магазинов с беларусской символикой и отмене фестиваля «Наш Грюнвальд»
  20. «Что происходит?» За 24 часа до конца подачи документов на бюджет во всех медвузах мест еще больше, чем желающих там учиться


Политзаключенный Евгений Батура, который решением суда был направлен в могилевское исправительное учреждение открытого типа № 43 («химия»), не смог устроиться даже подсобным рабочим на Могилевский домостроительный комбинат. Об этом сообщил правозащитный проект Mayday.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: Realt.by
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: Realt.by

Основанием для отказа стала характеристика от МТЗ, где ранее Евгений проработал ведущим инженером 23 года. В документе говорится, что политзаключенный был в списке «неблагонадежных», кроме того, его имя значится в перечне граждан, причастных к «экстремистской деятельности». Это стало причиной для отказа в работе по шлифовке бетонных плит на заводе домостроительного комбината.

«Абсурд ситуации заключается в том, что направление в ИУОТ предусматривает обязательное трудоустройство осужденного на тяжелых и малооплачиваемых участках вроде шлифовки плит. Но администрация ИУОТ рискует не найти рабочее место для узника с „политическим“ прошлым», — отмечает Mayday.

В ИУОТ № 43 Евгений Батура был направлен с 12 февраля нынешнего года. Приговор по статье 342 УК (Групповые действия, грубо нарушающие общественный порядок) — два года ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа.

Общественный активист был задержан в Минске 29 июня 2022 года, но обвинен в участии в марше работников МТЗ, датированном еще августом 2020 года. После обыска по месту проживания он был помещен в СИЗО № 1, где провел до суда три месяца, несмотря на то, что на тот момент его жена была беременна.

Учитывая приговор и коэффициент, применяемый при содержании в СИЗО, узник в ИУОТ практически сразу же попал на комиссию по условно-досрочному освобождению, так как официально отбыл четверть срока. Однако администрация исправительного учреждения посчитала, что он «не стал на путь исправления» и в освобождении было отказано.