В середине ноября в Минске состоялась важная встреча: 18-летний украинец Богдан Ермохин наконец-то увидел свою двоюродную сестру Валерию. Полтора года сирота из Мариуполя провел в российской семье. Украинский адвокат подростка Катерина Бобровская рассказала «Салідарнасці» подробности этой истории.
Катерина говорит, что ее телефон попал к Богдану после того, как она помогла вернуться из РФ в Украину еще одному мариупольскому сироте Роману Н (полные данные издание не называет по просьбе адвоката). Всего украинским журналистам в прошлом году удалось установить имена 31 сироты, вывезенных Россией из Мариуполя, — Роман из того списка.
— Он (Богдан Ермохин) написал мне где-то в марте: «Помогите вернуться в Украину». Я стала помогать, — рассказывает адвокат.
«Было страшно за него»
Катерина Бобровская была в числе тех украинских правозащитников, которых в апреле 2023 года Палата представителей США пригласила в Вашингтон выступить перед Комитетом с докладом о похищении украинских детей и вывозе их в Россию. Там юрист в числе прочих рассказала и о судьбе Богдана Ермохина.
По ее словам, к тому времени у парня уже было несколько неудачных попыток сбежать домой. Переговоры с российской стороны не сдвигались с мертвой точки.
— В Москве требуют, чтобы у ребенка был кровный опекун. С другими, назначенными по суду, они работать отказываются. Это очень осложняет нашу работу, — рассказала она «Салiдарнасцi». — Более того: у похищенных деток, у кого кровных родственников не осталось, сейчас практически нет шансов вернуться в Украину. Все они насильно получили российское гражданство. А по российским законам, нельзя отдавать детей под опеку иностранцам. По сути, украинцам, которые пытаются вернуть деток, предлагают приехать в Россию, взять российское гражданство и только после этого можно запускать процесс оформления опеки.
Богдану повезло — у него была двоюродная сестра — 26-летняя Валерия, которая несмотря на семейные проблемы, маленького ребенка на руках, решила стать опекуном парня и вместе с адвокатом начала готовить документы.
И в этот момент Богдан снова сбежал.
Российская уполномоченная по правам детей Мария Львова-Белова во время пресс-конференции в Москве для иностранных СМИ заявила, что юноша стал жертвой манипуляций с украинской стороны. По ее словам, помощь Ермохину в побеге оказывали несколько человек, которых она назвала «агентами», — в том числе ему организовали машину с водителем и «скидывали денег».
— У нас есть точные данные, что вели несколько агентов, вплоть до детализации: сейчас ты садишься в белую машину, тебя там ждет такой-то водитель, сбрасывали денег ему — это такая была планомерная работа. В последний момент вместе с силовыми структурами его на границе удалось остановить, — рассказывала на пресс-конференции Львова-Белова.
Катерина Бобровская признается, что тем «агентом» была она.
— Мы только начали готовить процесс возврата, когда мне вдруг пришло сообщение от Богдана: «Я еду. Без документов». Что мне оставалось делать? Я рванула к нему навстречу. Нас «ждали». Так и задержали: меня на белорусско-польской границе, Богдана — на белорусско-российской. Даже предлог толком придумать не смогли. Обвиняли меня, что я, дескать, мешаю процессу возврата детей. Продержали сутки, выдали запрет на въезд в Беларусь и отпустили, — рассказывает Бобровская.
То, что белорусские спецслужбы действовали в плотном контакте с российскими коллегами, юрист не сомневается.
Российская сторона долгое время отказывалась обсуждать возвращение Богдана, ссылаясь на его расписку о том, что он хочет остаться в России. Ранее Бобровская рассказывала, что парень писал ее под принуждением и под диктовку, но добавил, что хочет оставаться в РФ до достижения совершеннолетия. Об этом он сам сообщил адвокату по телефону и, по словам Бобровской, сказал, что его запугивали направлением в психбольницу.
— Было страшно за него еще и потому, что он в соцсетях не скрывал своих симпатий к Украине. А там сейчас за меньшее сажают, — говорит Катерина.
Когда Богдану за месяц до 18-летия пришла повестка в военкомат, в Киеве заволновались и решили придать историю гласности. Публичность дала результат: в дело была вынуждена вмешаться уполномоченная по защите прав человека в РФ Татьяна Москалькова. Она встретилась с Богданом, он лично ей сказал, что хочет на родину. Так в день своего 18-летия Богдан приехал в Минск в сопровождении представителя аппарата Москальковой и сотрудницы Красного Креста. Сейчас парень уже находится в Украине, принимает участие в концертах, собирает донаты для ВСУ.
В Украине считают, что Россия не хочет возвращать повзрослевших похищенных сирот, потому что они важные свидетели на будущих процессах о насильственной депортации и натурализации, и очень опасаются за их безопасность. Украинские правозащитники продолжают их искать и вести переговоры по возвращению.
— Нам очень мешают разорванные Минские соглашения, — говорит Катерина Бобровская. — Ведь официально украинская сторона не может ни посылать в Россию никаких запросов, ни получать их оттуда. Приходится полагаться только на устные договоренности, работать через посредников. Это трудно. Россияне постоянно меняют список документов, который необходимо предоставить при передаче ребенка. Меньше всего шансов вернуть детей, у которых не осталось прямых родственников. И у нас нет точных списков с именами — ни со стороны Украины, ни со стороны России.
Ордер из Гааги
17 марта Международный уголовный суд в Гааге (МУС) выдал ордер на арест президента России Владимира Путина и уполномоченной по правам ребенка Марии Львовой-Беловой. Оба, предположительно, несут ответственность за военное преступление — незаконную депортацию детей и их незаконное перемещение с оккупированных территорий Украины на территорию Российской Федерации.
Ранее о том, что вывоз украинских детей на территорию России считается военным преступлением, заявила независимая международная комиссия по расследованию нарушений в Украине, учрежденная Советом ООН по правам человека.
В сентябре Европарламент призвал МУС выдать ордер на арест Александра Лукашенко как соучастника насильственного вывоза украинских детей из оккупированных Россией регионов в оздоровительные лагеря в Беларуси, где «они подвергаются русификации и идеологической обработке».
В МИД Беларуси уверяют, что временные приезды детей на оздоровление в Беларусь «происходят с соблюдением соответствующих правовых процедур, все дети въезжают и выезжают из Беларуси легально в сопровождении взрослых, имея на руках все необходимые документы».
Как следует из отчета российской уполномоченной по правам ребенка Марии Львовой-Беловой, который был опубликован в конце июля, с начала войны из Украины в Россию были вывезены 700 тысяч детей. Украинской службе «Радио Свобода» Львова-Белова заявила, что в российские семьи «под опеку и попечительство» передано 380 украинских детей.
